“Испанцы, конституция мертва!”

Тысячи испанцев вышли во вторник на массовую акцию протеста под лозунгом “Оккупируй Конгресс” в Мадриде. Они собрались у здания парламента страны, чтобы выразить свое несогласие с проводимой властями политикой. Реформы правительства, направленные на сокращение бюджетного дефицита, которые сводятся, в основном, к мерам экономии, вызывают все большее недовольство среди населения. Манифестанты считают, что власти пытаются бороться с экономическим кризисом за счет трудящихся. Однако протесты вызывают не только реформы, но и сложившаяся политическая и экономическая система, порождающая, по мнению, демонстрантов, социальное неравенство.

“Испанцы, конституция мертва!”, гласит один из плакатов протестующих. 

кFо0нJсbт8иXу_цUиIяOk

occupy wall street: 7 мифов о полиции

x_8c9010daЭтот текст напечатан на оборотной стороне плаката, который распространяется сейчас в различных городах США участниками движения Occupy.

Полиция использует законную власть

Обычный полицейский не является экспертом в области права – он знает лишь протокол своего департамента полиции и очень мало чего знает о реально действующих законах. А это значит, что в его действиях в значительной степени присутствуют блеф, импровизация и обман. Полицейский лжет регулярно: «Мне только что сообщили, что вы по описанию похожи на подозреваемого в преступлении. Предъявите документы».

Но это также не означает, что мы должны бездумно считать легитимным и сам закон. Судебная система охраняет тех, кто у власти и привилегии богатых. Подчиняться закону не всегда правильно с моральной точки зрения – иногда это даже аморально. Рабство когда-то считалось законным, а помощь беглым рабам – незаконной. Нацисты пришли к власти в Германии посредством демократических выборов и проводили свои законы предписанным законом путем. Решая, что делать и чего не делать, мы должны полагаться на собственную совесть, а не ориентироваться на законы и принимать во внимание полицейские угрозы.

Полиция – это обычные работники, такие же, как и мы. Они должны стать нашими союзниками

К сожалению, есть огромная пропасть между «должны» и «являются». Задача полиции – прислуживать интересам правящего класса. Каждого, кто не имел негативного опыта общения с полицейскими можно считать либо привилегированным, либо покорным. Либо же, и то и другое сразу. Современный полицейский отлично сознает, на что идет, когда поступает на службу в полицию. Ведь люди в униформе не только снимают застрявших на дереве кошек. Конечно, большинство из них идет на работу в полицию под экономическим давлением, но необходимость зарабатывать деньги еще не является оправданием насильственного выселения семей из домов, унижения «цветной» молодежи, использования слезоточивого газа против демонстрантов. Те люди, чью совесть можно купить – потенциальные враги каждого из нас, а отнюдь не наши союзники.

Для большей убедительности изложим нашу сказочку в стратегических терминах. «Всякая революция побеждает в тот момент, когда вооруженные силы отказываются воевать против своих же. Следовательно, мы должны сконцентрироваться на том, чтобы соблазнить полицию перейти на нашу сторону». Но полиция – это не простые рабочие. Полицейские – это те, кто сознательно избрал для себя в качестве основы своего материального существования защиту господствующего порядка. Следовательно, они менее всего симпатизируют тем, кто пытается его изменить. В данном контексте гораздо более разумно противостоять полиции как таковой, чем пытаться с ней солидаризироваться. Пока они служат своим хозяевам, они не могут быть нашими союзниками. Отвергая институт полиции как таковой, и деморализуя отдельных полицейских, мы, тем самым, стимулируем их искать себе новые источники пропитания. И уже тогда, возможно, однажды мы сможем найти с ними общий язык.

Может, в корзине есть и «гнилые яблоки», но некоторые полицейские – нормальные люди

Возможно, у некоторых полицейских действительно есть добрые намерения. Но, опять же: покуда они подчиняются приказам, а не собственной совести, им нельзя доверять.

Здесь следует понимать саму природу институций, а не приписывать все случаи несправедливости недостаткам отдельных личностей. Помните историю о человек, которого кусают блохи, и ему удалось поймать одну? Он долго ее рассматривал, а потом посадил обратно себе на шею, сказав при этом: «Оказывается, это не она меня кусала».

Полиция победит в любом противостоянии, поэтому нет смысла с ней бороться

С одной стороны, при таком вооружении, оборудовании и возможностях осуществлять контроль над гражданами, полиция кажется непобедимой. Но это – иллюзия. Полиция зажата со всех сторон кучей рамок и ограничений: бюрократия, общественное мнение, проблемы коммуникации, плюс – перегруженная судебная система. Допустим, если у них нет необходимого количества транспортных средств для перевозки больших партий арестованных, они не могут совершать массовые аресты.

Поэтому иногда даже разношерстная толпа, вооруженная лишь гильзами от выстрелянных в нее же снарядов слезоточивого газа, может оттеснить более многочисленную, лучше организованную и технически оснащенную полицию. Сражения между бунтовщиками и военными часто ведутся отнюдь не по законам военного искусства. И тот, кто основательно изучил полицию; кто знает, на что она способна, а на что нет; кто может предсказать ее действия и быть к ним заранее готов – тот может перехитрить и переиграть полицию.

Такие маленькие победы особо воодушевляют тех, кто регулярно подвергается полицейскому насилию. В коллективном бессознательном нашего общества полиция представляет собой бастион реальности. Это сила, гарантирующая неизменность существующего порядка. Следовательно, победа над ней (пусть и временная) доказывает, что существующая реальность, это преходящая реальность.

Полиция лишь отвлекает нас от нашего настоящего врага, поэтому она не достойна нашего гнева и внимания

К сожалению, тирания осуществляется не только политиками и начальниками. Они беспомощны без тех, кто исполняет их приказы. Если уж мы боремся с их правлением, то мы боремся и с подчинением как таковым, которое позволяет правителям держаться у власти. И рано или поздно, мы через подчиненных доберемся и до тех, кто подчиняет.

Полиция является такой же составляющей частью иерархии. Сама динамика угнетения, существующая в наших сообществах – это лишь внешнее проявление того же феномена, пусть и на более высоком уровне. Если мы боремся с господством как таковым, а не лишь с определенными его формами, то мы должны быть готовы бороться с ним и на улицах, и у себя дома. Нельзя победить его на одном фронте, не победив на другом. Мы не должны фетишизировать борьбу с врагом в униформе. Нельзя забывать о проявлениях господства в наших рядах, но нельзя и концентрироваться лишь на принципах неиерархичности – на деталях противодействия проявлениям господства в наших собственных рядах.

Полиция нужна, чтобы защищать нас

Согласно этой точке зрения, пускай мы и стремимся жить в обществе без полиции в отдаленном будущем, однако сейчас полиция необходима нам, так как люди еще не готовы жить в мире, если их к этому не принуждает какая-либо силовая структура. Но разве социальный дисбаланс и страх перед полицейским насилием – это мир? Те, кто утверждает, что полиция иногда делает и что-нибудь хорошее, должны сначала доказать, что это хорошее не произошло бы и без участия полиции. В любом случае, общество, свободное от полиции, не возникнет внезапно лишь потому, что кто-то напишет баллончиком на стене «Fuck the Police». Борьба за освобождение общества от полиции будет вестись столько времени, сколько нам понадобится для того, чтобы научиться жить и сосуществовать в мире друг с другом. Сообщество, не способное разрешить свои внутренние конфликты, не может рассчитывать и на победу в борьбе с более мощной внешней силой. Противодействие полиции следует рассматривать как отрицание одного из источников угнетения с помощью насилия, а не как утверждение, гласящее, что без полиции ничего не будет. Если мы когда-нибудь сможем победить и распустить полицию, то уж от менее организованных сил, представляющих для нас угрозу, мы сможем защитить себя и сами.

Сопротивление полиции предполагает насилие. Чем мы тогда лучше их?

Согласно этой точке зрения, насилие является формой господства, поэтому его использование противоречит борьбе с самим этим господством. А те, кто прибегает к насилию, играют в ту же игру, что и их противники. Таким образом, якобы, утрачиваются изначальные мотивы действий. Подобный взгляд на вещи многое пытается упростить. Разве женщина, которая защищается от насильника, является тем самым ничем не лучше насильника? Получается, что восставшие рабы ничем не лучше рабовладельцев? Существует понятие самозащиты. В одних случаях насилие усиливает господство, в других – оспаривает его. Для тех, кто до сих пор верит в авторитарную систему или в бога – для них следование правилам (юридическим или моральным) является наивысшим приоритетом, чего бы это им не стоило. Они верят, что будут вознаграждены за свое поведение и им неважно, что потом будет с другими. Нет, в принципе, никакой разницы, называют они себя консерваторами или пацифистами. Для тех же из нас, кто готов сам нести ответственность за свои действия, наиболее важен вопрос: как сделать наш мир лучше? Иногда это нужно делать также и с помощью насилия.

Полицейские – тоже люди и заслуживают в принципе такого же уважения, как и все живые существа. Но вопрос заключается не в том, заслужили ли они страдания и нужно ли их призвать к ответу. Это чисто прагматический вопрос: им нельзя позволять проявлять жестокость по отношению к людям или навязывать нам несправедливый социальный порядок. Пусть даже при этом те, кого всю жизнь лишь угнетали, и попытается свести свои личные счеты с угнетателями. Но, все-таки, освобождение заключается не в том, чтобы мстить, а в том, чтобы отпала сама подобная необходимость. Следовательно, пусть иногда и нужно поджечь полицейский участок, но это следует делать не с чувством мести и самоуверенностью, а с чувством заботы и сострадания – если уж не к самой полиции, то, по крайней мере, ко всем тем, кто мог бы пострадать от рук полиции.

Делегитимизация полиции послужит на благо не только тем, кто страдает от действий полиции, но и семьям полицейских и даже самим полицейским. Мало того, что в семьях полицейских наблюдается непропорционально высокий уровень бытового насилия по отношению к женам и детям, но среди полицейских еще и выше вероятность убийства, суицида и развития различных видов зависимости.

Все, что будет способствовать тому, чтобы полицейский бросил свою работу – будет делаться в его же интересах, а также как и в интересах тех, кто ему дорог – да и всего общества в целом. Давайте творить мир, в котором никто никого не угнетает и не является угнетателем. Создавать мир, где никто не будет жить в страхе.

«Лишь представьте, чему люди могут тихо покориться, и вы поймете всю степень несправедливости, которой они и будут подвергаться до тех пор, пока не начнут сопротивляться как словом, так и ответными ударами».