Если бы Иисус состоял в Русской православной церкви…

629291_oao-rpts Он бы защищал как трагическую необходимость антитеррориcтическую операцию в Вифлееме, скорбя о погибших при ее проведении младенцах.

Он бы призывал доверять власти: "Кесарю кесарево".

Он бы не крестился у Иоанна Предтечи, потому что тот не был каноническим священником и был внесен книжниками и фарисеями в список лидеров тоталитарных сект.

Он бы не обличал саддукеев за то, что они творят милостыню напоказ, а призывал бы учеников участвовать в делах благотворительности исключительно под руководством первосвященника.

Он бы не ходил по водам, а добился бы от правительства организации паромной переправы для паломников.

Он бы не говорил, что наступило время, когда поклоняться Богу будут не на горе Храма Соломонова, а в Духе и Истине, а добился бы от римского кесаря строительства синагог по всей Иудее и Галилее в порядке компенсации за ущерб, причиненный иудеям в период римского завоевания.

Он бы не писал пальцем на песке, а издавал бы гламурный журнал о православии как основе национальной культуры.

Он бы не осуждал тех, кто присваивает себе имущество вдов, а поблагодарил бы представителей крупного бизнеса за поддержку религии.

Он бы не изгнал торгующих из Храма, а переименовал бы торгующих в менеджеров пожертвований.

Он бы не осуждал фарисеев за то, что они увеличивают края одежд своих, а осудил бы тех, кто уменьшает длину своих юбок.

Он бы не призывал оставить отца и матерь, а боролся бы за укрепление семьи и национальных ценностей.

Он бы не осуждал фарисеев за то, что они обходят дальние страны ради привлечения новых последователей, а добился бы централизованного финансирования зарубежных приходов Иерусалимского патриархата.

Он бы не въезжал в Иерусалим на осле, а прилетел бы туда на самолете, предоставленном правительством Римской империи.

Он бы призывал не следовать за собой, а служить миру и социальному порядку в качестве солдат и полицейских.

Он бы не воскрешал Лазаря, а добился бы торжественного перезахоронения останков царя Давида в крепости Ирода.

Он бы не оказался под судом Синедриона, а в качестве православного политтехнолога подготовил бы проект заповедей для верующих политиков и предпринимателей, который был бы утвержден Синедрионом на совместном заседании с Понтием Пилатом. Он бы не молился до кровавого пота в Гефсиманском саду, а организовал бы доставку благодатного огня из Иерусалима во все концы земли.

Он бы пришел на Голгофу дать предсмертное утешение смиренным разбойникам, но не стал бы беседовать с распятым посередине безбожником, распятым за антиклерикальную карикатуру.

Он бы прожил долго и счастливо, а после смерти не воскресал бы, а остался бы в аду, делая все, что делал при жизни, и продолжая получать чувство глубокого удовлетворения и покоя, а также звания, зарплату, премии и награды.

Из блога российского священника Якова Кротова

Молчаливое стояние группы людей в общественном месте станет в Белоруссии противозаконным

bezde Молчаливое стояние группы людей в общественном месте станет в Белоруссии противозаконным. Совет министров внес в парламент республики законопроект, направленный на борьбу с акциями «молчаливого протеста», проходящими в Белоруссии по средам. Как замечают юристы, в случае принятия документа в Белоруссии наказать можно будет даже за стояние в очереди.

Белорусские блогеры и пользователи социальных сетей второй день упражняются в остроумии. Поводом стало появление на национальном правовом портале подготовленного совмином законопроекта «О внесении изменений и дополнений в закон Республики Беларусь «О массовых мероприятиях в Республике Беларусь».

Удивительный по своей абсурдности законопроект, в частности, предусматривает ответственность за несанкционированное «массовое организованное бездействие».

В частности, законопроект относит к пикетированию, на которое необходимо получать разрешение городских властей, «совместное массовое присутствие граждан в заранее определенном общественном месте (в том числе под открытым небом) и в установленное время для совершения заранее определенного действия или бездействия, организованное в том числе через глобальную компьютерную сеть интернет или иные информационные сети для публичного выражения своих общественно-политических настроений или протеста».

Разработчики документа дают право сотрудникам милиции и представителям общественности, выполняющим обязанности по охране общественного порядка, «ограждать территории мест проведения массовых мероприятий инженерными и техническими средствами, производить фотосъемку, аудио- и видеозапись участников массовых мероприятий, осуществлять пропускной режим». Сотрудники органов внутренних дел также получают право проводить личный досмотр граждан и досмотр находящихся при них вещей, в том числе с помощью технических и специальных средств.

За бездействие предусматривается административное наказание, такое же как за пикет, — штраф в сумме нескольких так называемых базовых величин (в пересчете максимальный размер штрафа может быть около $250) или административный арест от 5 до 15 суток.

«Документ показывает, насколько власти напуганы акциями «молчаливого протеста», проходящими нынешним летом, — говорит политолог Виктор Демидов. — Тем более что их организует вовсе не «штатная» оппозиция, давно прирученная и резвящаяся в отведенном ей маленьком загончике. Акции «Революции через социальные сети» стали действительно народными, они организуются через «ВКонтакте» и другие социальные сети, власти не могут ими управлять. Вот и борются всеми доступными методами».

Согласно законопроекту, планируется законодательно разрешить оборудовать места для проведения массовых мероприятий, а также объекты метрополитена, железнодорожного, водного и воздушного транспорта стационарными средствами видеонаблюдения и иными техническими средствами обеспечения безопасности. Правда, в Минске и крупных белорусских городах подобные меры и так уже давно реализованы.

Предусмотрено также, что «организаторам собрания, митинга, уличного шествия, демонстрации и пикетирования запрещено привлекать к участию в них граждан за материальное вознаграждение. (…) Порядок проведения массовых мероприятий на территориях, где имеются недвижимые материальные историко-культурные ценности и их охранные зоны, определяется местными исполнительными и распорядительными органами».

Последняя фраза фактически позволяет местным властям запрещать любые акции в центре почти любого города.

«В кругу юристов этот законопроект тут же получил название «больше трех не собираться». Понятно, что за бездействие можно карать, скажем, некое ответственное лицо при выполнении им своих служебных обязанностей, — говорит белорусский юрист Вадим Мельников. — Но ни в одной стране мира не наказывают людей, которые вышли на улицу постоять-помолчать. Не скандируя лозунгов, без флагов и транспарантов. Только в Белоруссии таких людей арестовывают и судят. Такое вот своеобразное ноу-хау. А теперь, если следовать букве закона, наказывать нужно будет и за стояние в очереди, скажем, в торговый ларек».

«Александр Лукашенко неоднократно подчеркивал, что белорусская власть в своих действиях идет «от жизни». Это, в частности, проявилось и в новом законопроекте, — говорит политический обозреватель Юрий Дракохруст. — Когда начинались «молчаливые» акции, их организаторы очень гордились тем, что поймали власти в юридическую ловушку: а мы будем собираться и просто молчать, вести себя так, как ведут обычные прохожие, и что вы нам сделаете? Теперешняя юридическая новелла оформляет сложившуюся практику: считать правонарушением массовое присутствие граждан в одном месте для «загодя определенного действия или бездействия». Абсурдность закона просто отражает абсурд жизни, от которого идут белорусские законодатели».

Источник

Темні віки стають ближчими

19776-131528-a8ca60fd7d1858b87c75a483fbb3e982 Табачник1 «Що може бути спільного у Афін і Єрусалима? Що у Академії і Церкви?», — писав в свій час Тертулліан – один з Батьків Церкви. Церква і освіта існують «нероздільно, але і необ’єднувано, як божественна і людська природа Спасителя» – відповів йому через тисячоліття міністр освіти Дмитро Табачник у стінах головного університету країни. А отже час готуватися до того, що колишні викладачі наукового атеїзму скоро переодягнуться у ряси, що звичайно не зможе не вплинути на сутність освіти в Україні. То ж спробуємо подивитися на всі переваги що, несе нам подібна трансформація.

По-перше, навантаження на школярів та студентів однозначно зменшиться. Огидними, аморальними, та такими, що не відповідають істині будуть визнані фізика, астрономія та біологія. Єдиною сферою, де і надалі використовуватимуться спостереження за нерухомими зірками та досконалим світилом буде визначення дати святкування Пасхи. Заняття алхімією (колишня хімія) буде заборонене під страхом спалення на вогнищі. Пригадуючи, як учні не люблять всі ці предмети у школі, можна лише підтримати мудрі ініціативи міністра.

Ще легше стане з історією. Вона зменшиться в рази, адже вік Землі становитиме тепер не 4,5 мільярдів, а 7000 років.

Студенти та учні шкіл відтепер будуть убезпеченні від діяльності західних організацій та фондів, що намагаються проводити уроки сексуального виховання та роздають презервативи. Контрацепція буде заборонена назавжди, що призведе до вирішення демографічної проблеми та відродження Української Нації.

Питання невідвідування пар відпаде саме собою. Хто ж захоче отримувати різки? А гуманістична етика буде замінена християнською мораллю (яка, хоч і в різні часи і виправдовувала хрестові походи, інквізицію, рабовласництво та нацизм, але все одно за визначенням є кращою за все, вигадане протягом останніх 2000 років).

Злиття освіти і церкви значно скоротить бюджетні видатки на освіту. Адже замість величезної кількості підручників та суперечливих книг можна буде друкувати одну єдину, але таку, що вміщує в собі ВСЮ ІСТИНУ. Це, також, покладе край безкінечним академічним суперечкам з несуттєвих питань і дозволить науковцям-схоластам нарешті розв’язати фундаментальні питання сутності Бога. Наприклад, «чи може всесильний Бог створити камінь, який не може підняти?»

Зекономити можна буде і на гуртожитках. Приїжджих студентів тепер розміщатимуть у монаших келіях місцевих монастирів. Відсторонений від мирських утіх та плотських спокус, студент зможе повністю присвятити себе навчанню.

Не може не радувати, що прогресивні ініціативи міністра знайшли цілковиту підтримку у керівників провідних навчальних закладів країни. Адже на зустрічі з Патріархом були присутні ректори КНУ ім. Шевченка, Києво-Могилянської академії, Національного педагогічного університету Харківської та Одеської Юракадемії, Київського медичного університету та багато інших. Тож чекати щасливих темних віків залишилося недовго.

Незалежна студентська профспілка "Пряма дія"

Декларація конференції Європейських антикапіталістичних лівих

Лондон, 11-12 червня 2011

200px-Eacl_logo Глобальна економічна криза триває вже четвертий рік. Очевидно, що це не просто «нормальний» циклічний спад. Це системна криза, яку за масштабами та руйнівним потенціалом можна порівняти з Великою депресією 1930-х років. Як і тоді, нинішня криза затягується й проходить різні стадії – спочатку кредитна криза, потім фінансовий крах, глобальний спад, і, врешті, сьогоднішнє «відновлення», відзначене масовим безробіттям, посиленням конкуренції між провідними капіталістичними потугами й кризою державного боргу. Звичайно, для лівих виникає широке поле дискусій – чи можемо ми простежити тенденцію до зниження норми прибутку, чи причини кризи обмежуються більш специфічними проблемами, породженими неолібералізмом. Так чи інакше, не викликає сумнівів, що знайти вихід з кризи буде нелегко.

Перерости у так само глибокий спад, як у 30-х, нинішній «Великій рецесії» 2008-09 років завадило прагнення правлячих класів розвинених капіталістичних держав істотно збільшити державні витрати й позички: у 2009 році бюджетний дефіцит зріс на 5% національного доходу у країнах з розвиненою економікою. Проте ці правлячі класи не прислухалися до закликів відмовитися від неоліберальної політики, яка сприяла прискоренню кризи. Навпаки, вони визначили викликане кризою зростання урядових позичок як проблему, яка вимагає рішення шляхом впровадження жорстких заходів економії. Це означає радикалізацію неоліберальної політики й загрожує самому існуванню соціальної держави. Таку політику в Європі сьогодні проштовхує буржуазна правиця, яка очолює уряди майже в усіх країнах.

Водночас криза продовжує загрожувати правлячим класам великою політичною небезпекою, адже вона може спровокувати посилення класової боротьби. Що це є реальність – довели події в арабському світі, революції в Єгипті й Тунісі. Тут матеріальні злидні, загострені кризою – масове безробіття серед молоді, зростання цін на продукти харчування тощо – поєдналися зі зростаючою ненавистю до корумпованих, жорстоких та репресивних режимів, підтримуваних США та Євросоюзом. Як результат – небачений народний вибух. Майбутнє арабських революцій залишається невизначеним, але очевидно, що вони повернули до політичного порядку денного саме питання революції.

Арабські революції, безсумнівно, були найбільш вражаючими випадками, але зростання спротиву ми можемо спостерігати у багатьох країнах. У 2010 році ми стали свідками боротьби за пенсії у Франції, загальних страйків у Португалії та Іспанії, цілої низки загальних страйків у Греції, студентських виступів у Британії, Франції та Італії, руху проти ліквідації трудових прав у Португалії. Рух 15 травня в Іспанській державі, розпочавшись із закликів до «реальної демократії» та відмови «бути товаром у руках політиків і банкірів», спонукав тисячі переважно молодих людей по всій країні створювати свої власні «майдани Тахрір». Їхня самоорганізація й впевнений громадянський спротив викликає велику симпатію й має перспективи перекинутися на інші країни. Аналогічний рух динамічно розвивається у Греції, де збори на майданах поєднуються зі страйками.

Нещодавній рух на захист профспілкових прав у Вісконсіні доводить, що заходи суворої економії добралися й до Сполучених Штатів – в першу чергу, завдячуючи перемогам республіканців за підтримки «Чайної партії» на проміжних виборах минулого листопаду. Але в той же час він демонструє боєздатність американського робітничого класу. Робітничий рух у країнах з розвиненою економікою був сильно послаблений неоліберальним наступом минулих років, але спричинені кризою ризики стимулюють відродження його активності.

Неоліберальному наступу можна протиставити лише співпрацю між антикапіталістичними лівими та профспілковим рухом, бойовим, дійсно демократичним, ґрунтованим на активній участі рядових активістів. Щоби профспілковий рух став таким, йому слід відмовитися від політики «класової співпраці», що занадто часто домінує у профспілках. Її корені – у соціальному тиску на профспілкових лідерів, змушених одночасно висловлювати інтереси робітників і стримувати робітничу боротьбу. Найкращою запорукою розриву з політикою «класової співпраці» є зростання впливу антикапіталістичних лівих у спілках, а також зміцнення взаємної довіри та самоорганізації серед самих робітників.

Конкретніше, наші завдання полягають у наступному:

1) Ми маємо захищати демократичні та соціальні права робітників, пригнічених класів та молоді у боротьбі проти заходів жорсткої економії, за будь-яких обставин виступати речниками цих класів, зокрема, проводити у рамках профспілкового руху політику, незалежну від власників, держави та уряду.

2) Безумовно виступаючи в опозиції до правих буржуазних партій, ми зобов’язані піддавати безжальній політичній критиці так звані «соціалістичні», «лейбористські» та «соціал-демократичні» партії за їхню капітуляцію перед неолібералізмом.

3) Ми мусимо і під час масових мобілізацій, і у виборчих кампаніях, і у парламентах відстоювати антикапіталістичну альтернативу. Вона передбачає розрив з капіталістичним суспільством, якого можливо досягнути тільки зусиллями руху всього населення, що кине виклик необмеженій владі капіталістичної олігархії над суспільством й поставить питання про демократичний робітничий народний уряд.

4) Ми мусимо наполегливо й творчо застосовувати тактику єдиного фронту, щоби забезпечити єдність робітничого класу у боротьбі, а також співпрацювати з усіма політичними силами, що виступають проти неолібералізму, з усіма рухами та профспілками, які чинять спротив неоліберальній політиці.

Судячи з усього, такий підхід буде ефективнішим, якщо базуватиметься на активній участі у розбудові спротиву політиці жорсткої економії. Криза ставить серйозні ідеологічні питання, в першу чергу, щодо того, якою має бути альтернатива заходам жорсткої економії? Правлячі класи західних країн відмовилися від кейнсіанства, соціал-демократія також відкинула його. Звичайно, антикапіталістичні ліві повинні протистояти скороченню соціальних гарантій та приватизації державних служб, брати участь у кампанії за перегляд боргів. Проте вони мають також бути готовими запропонувати альтернативну програму, покликану започаткувати розрив з логікою прибутку. Така програма може включати, наприклад, націоналізацію банків, енергетики, залізниць, основних галузей сфери послуг під демократичним робітничим контролем, прогресивне оподаткування доходів та багатства, скасування спричинених фінансовими спекуляціями боргів, інвестиції до «зелених робочих місць», що дозволить зменшити викиди вуглекислого газу й водночас вирішити проблему масового безробіття. Ми підтримуємо народ Ісландії у його рішучості відмовитися від оплати боргів збанкрутілих банків.

Антикапіталістична політика має залишатися нерозривною з антиімперіалізмом. Американський імперіалізм, вже послаблений поразками в Іраку, додатково підірваний революціями в Єгипті й Тунісі. Проте резолюція Ради Безпеки ООН по Лівії дала зелене світло західному військовому втручанню, спрямованому на відбудову імперіалістичного домінування на Близькому Сході. Радикальна й революційна лівиця повинна поєднати підтримку боротьби проти режиму Каддафі з опозицією продовженню військової інтервенції США, Франції, Британії й NATO до Лівії. Так само необхідно продовжувати кампанії проти окупації Афганістану та Іраку.

Одним з негативних наслідків так званої «війни з тероризмом» стало те, що вона дала імпульс до розвитку расизму та ксенофобії в Європі та США. Офіціозні нападки на мультикультуралізм з боку Меркель, Саркозі чи Кемерона розв’язують руки крайній правиці — таким діячам, як Герт Вілдерс у Нідерландах, Марін Лє Пен у Франції або Ліга захисту Англії та її союзники у Британії – які прагнуть зробити расизм, спрямований проти мусульман, наріжним каменем у справі розбудови своєї соціальної бази. В інших країнах Європи головною мішенню расистського наступу стають цигани. Розбудова широкої опозиції проти расизму та ісламофобії, протистояння зростанню фашистських організацій біля виборчих скриньок та на вулицях – є серед наших першочергових завдань.

На часі наступ на соціальному та політичному фронті, створення культури солідарності експлуатованих класів проти панівних класів. Панівні класи прагнуть розділити пригнічених, щоби легше було проводити свою політику. Капітуляції та відступи створюють атмосферу деморалізації, що відкриває шлях для наступу ідеологічній реакції. Якщо ми хочемо відновити наступ у соціальному просторі – ми маємо вибудовувати нову соціалістичну класову свідомість.

Ситуація, яка склалася зараз, повертає до порядку денного чимало вимог радикальної та революційної лівиці. Щоби мати можливість втілювати ці вимоги в життя ми мусимо розбудовувати наші власні організації, залучати до наших лав нових активістів, поглиблювати нашу укоріненість у спільноти робітничого класу. Поглиблюючи співпрацю між нами, ми також зміцнюємо себе. Антикапіталістичним лівим доводиться протистояти міжнародній організації капіталізму. Наші сили обмежені, але вони зростатимуть, якщо ми об’єднуватимемось. На спільних зустрічах, у спільних дискусіях ми можемо вийти на спільні ініціативи та спільні дії, і, сподіваємося, визначити політичну основу перегрупування антикапіталістичних сил у Європі. Виходячи з цього, ми підтримуємо, і, по можливості, спільно братимемо участь у наступних ініціативах: 16 липня – мобілізація у рамках кампанії «Досить!» проти МВФ у Дубліні; 1 жовтня – Європейська конференція проти жорсткої економії та приватизації у Лондоні; 15 жовтня – анонсовані рухом індігнадос загальноєвропейські акції проти жорсткої економії; 1 листопаду – мобілізація проти саміту держав «великої двадцятки» у Франції.

Революційна комуністична ліга/Соціалістична робітнича партія (Бельгія), Робітнича боротьба (Хорватія), Червоно-зелений альянс (Данія), Нова антикапіталістична партія (Франція), Соціалістичний спротив, Соціалістична партія, Соціалістична робітнича партія (Велика Британія), Антикапіталістична політична група, Соціалістична робітнича партія (Греція), Люди перш ніж прибутки, Соціалістична партія, Соціалістична робітнича партія (Ірландія), Інтернаціональні соціалісти, Соціалістична альтернативна політика (Нідерланди), Польська партія праці (Польща), Лівий блок (Португалія), Шотландська соціалістична партія (Шотландія), У боротьбі, Антикапіталістичні ліві, Революційна робітнича партія (Іспанська держава), Соціалістична партія (Швеція).

Переклад Сергія Іщенка

Денис Солопов: из Лукьяновского СИЗО в Нидерланды

c75b19f14bc5 Королевство Нидерланды предоставило статус беженца Денису Солопову — художнику, антифашисту и социальному активисту из России. 13 июля Денис был освобождён из Лукьяновского СИЗО и сегодня, 28 июля, вылетел в Голландию. Последние пару недель Денис провёл в Киеве, ожидая оформления всех необходимых документов, и наслаждаясь своими первыми свободными днями и вечерами. В один из таких вечеров Денис поделился с нами (частью команды сайта 161.org.ua) своими мыслями о пребывании в СИЗО, знакомстве с бывшим и.о. министра обороны Иващенко, размышлениями о свободе. В заключении Денис Солопов провёл почти 5 месяцев. За это время он дважды сильно болел, побывал в изоляторе, научился играть в шахматы. Встретив его сейчас, не скажешь, что он ещё недавно находился в стенах следственного изолятора. Денис выглядит бодрым, уже немного загорел и как обычно шутит.

— Что было первым, что ты сделал, как только тебя выпустили из СИЗО?

Когда вышел на улицу, щурился от солнечного света. Переступив порог СИЗО долго просто стоял и смотрел на деревья, листья, развивающиеся на ветру (на Дегтярёвской, там где трамвайные пути, вдоль дороги растут тополя).

По закону, выпуская из тюрьмы, освобождённому должны дать минимальную суму денег на проезд. А мне не дали денег, ещё и не разрешили позвонить. Я шутил, говорил ментам, что они толкают меня на преступление.

Всё выглядело, как подстава. Думал, вот меня выпустят, а под входом будут ждать московские мусора. Говорил, что не выйду, пока мне не дадут позвонить. Но меня уже пинками стали выгонять. Сказали, можешь ничего не подписывать, но давай проваливай уже отсюда.

В итоге, я передвигался по городу со справкой об освобождении. Она даёт право на проезд во всех видах муниципального транспорта на 3 дня с момента освобождения. Забавная была ситуация, когда мне пришлось ехать в метро. Я подошёл к работнице метрополитена и сказал, что меня только освободили из СИЗО. Она внимательно изучила документ и так по-учительски пальцем погрозила: “Смотри аккуратней там!”. А в автобусе, я не дожидаясь пока подойдёт кондуктор, “на опережение” говорю ей шёпотом о справке. А она на весь автобус как заорёт: “Справка об освобождении?! Да она же для того, чтобы получить паспорт, а не бесплатно на автобусе кататься!” Всю оставшуюся дорогу люди взглядом пилили. Я ещё заметил, что я сильно тогда выделялся, бледный весь, аж зелёный был, с синяками под глазами. А все вокруг загоревшие.

— У тебя такой вид был, как будто ты или из тюрьмы или из армии вернулся. Даже выражение лица было странное. Сейчас и не скажешь.

Ну да, я ещё в камере подкачался. Там всё к полу прикручено. Я пытался хоть какую-то скамейку отрвать, не получилось. Но у меня своя система упражнений была. Занимался регулярно, по несколько раз в день. И, вообще, следил за собой.

— Об это позже. Лучше расскажи о своих первых впечатлениях от пребывания в СИЗО.

Когда человек попадает в СИЗО (речь идёт не только о моем деле), он проходит некие обязательные процедуры обыска. У него изымают запрещенные предметы: телефон, например. Могут ещё вырвать из обуви супинаторы. В зависимости от настроения.

Потом ведут в камеру, где человек находится до окончательного распределения. Эти общие камеры называют «карантином». Они есть двух видов: для ранее судимых и «первоходов». В камерах-карантинах условия очень плохие, но такие же могут быть и в некоторых отдельных камерах после распределения.

— Очень иронично было назвать такую камеру «карантином». Там ведь, в принципе, можно «подхватить» что-угодно от простуды или паразитов до воспаления легких и туберкулёза.

Карантин, по большей мере, существует для того, чтобы посмотреть кто как себя проявит. В СИЗО и тюрьмах же ведутся определённые внутренние разработки. Людей в карантин постоянно добавляют. Иногда в камере, рассчитанной на 20 человек, может находиться около 40, а временами до 60. Среди них вполне может быть подсадной человек.

— Как долго ты был на карантине?

Около недели. Но за это время очень сильно заболел. И не я один. Фактически, там все переболели респираторными заболеваниями. Кроме того, там были больные с ВИЧ, СПИДом и гепатитом. Больных туберкулёзом, по идее, должны содержать отдельно. И обычно со свободы с туберкулёзом не приходят. Но иногда больных туберкулёзом (даже открытой формы, то есть когда окружающие могут заразиться) содержат в общих камерах. Единственное, что предпринимают, это выдают им хирургические маски.

В СИЗО есть больничные палаты. Условно говоря, это обычные камеры, но с одноэтажными кроватями. В них не помещают людей больше, чем количество мест. Но туда можно попасть либо за большие деньги, либо если жить осталось совсем недолго. А лечение, как такового, там не производят. Всё лечат просроченным анальгином или  активированным углём.

— Зелёнкой и перекисью…

Таких медикаментов там даже нет в наличии.

И на зубную боль, кстати, тоже лучше не жаловаться. Тюремные врачи умеют только вырывать зубы, а не лечить их.

Ещё в мед. части есть рентген для диагностики туберкулёза. Но рентген делают не всегда и не всем. Это отдельная история. Там постоянно возникают проблемы с плёнкой. Ведь мед.часть не получает финансирование от Министерства здравоохранения, как обычные больницы, а находится на собственном обеспечении.

— По какому принципу происходит распределение после карантина?

В зависимости от статьи. Оперативники знали, что у меня политическое дело. Видимо это сыграло свою роль в распределении. Потому, что меня к хулиганам не посадили. Сначала был с мошенниками — экономическими преступниками. Там сидели весьма интеллигентные и образованные люди (некоторые с двумя высшими образованиями) в стиле Остапа Бендера. Но, естественно, и на них тюрьма сказывается: жаргон, понятия.

После этого меня перевели в спец. блок. Там условия получше, конечно. Хотя особых поблажек не делали даже министру. (последние несколько месяцев Денис находился в камере с бывшим временно исполняющим обязанности министром обороны Украины — Иващенком В.В. — прим. ред.) Кроме того, Валерия Владимировича вообще лишили возможности видиться с семёй, оформив протокол несуствующего допроса, в котором родственники, якобы, отказались давать показания. А по закону, люди, каким-либо образом фигурирующие в деле, не могу видиться с заключённым. Ну и касательно состояния здоровья., помощи ему надлежащей, как и другим не оказывали.

Надо мной, этажом выше, сидел Луценко в камере на 3 человека, с ещё 2 ментами. Естественно, если дело резонансное или сидят какие-то VIP-заключённые, то камеры не перенаселяют. Обитателей спец. блоков, в принципе, изолируют от остальной тюрьмы, но не друг от друга. Нет же смысла министра обороны изолировать от министра МВД. Они между собой по понятиям разберутся!

Недавно расширили женский корпус. Назвали его «Юленька». И для Тимошенко уже «забронировали» камеру. Завезли туда холодильник и пальму)

— Знаю, что ты успел побывать в карцере. Какие там были условия? Чем кормили?

Разрешили взять с собой тёплую одежду. В карцере был деревянный, а не бетонный, как обычно, пол. Вроде бы мелочь, а приятно! Можно было спать. Нары опускали только на 6 часов в сутки. Трижды в день, на время включали воду. На прогулку не выводили. Кормили трижды в день баландой, что сложно назвать едой. Это жидкая субстанция из крупы (сечки). Не солёная и не сладкая. Присутствовало постоянное чувство голода. Ещё давали чай с сахаром, чтобы человек там совсем не окочурился.

— Чем занимался, на протяжении пяти месяцев, находясь под арестом. Помимо каких-то бытовых моментов (хотя тоже интересно). Какое было расписание? Была ли возможность читать?

Дни были одинаковые, в основном. Вставал, делал зарядку, готовил завтрак, стирал, убирал. Вообще, старался поддерживать чистоту в камере: каждый день протирал полы хлорным раствором. Иногда даже стены для профилактики туберкулёза и других болезней. Ничего позорного в уборке нет. Это же не для ментов, а для себя. Часто убирали по очереди или все вместе.

Ещё в большинстве камер есть телевизоры, они разрешены в качестве гуманитарной помощи тюрьме от заключенных, наверняка сидел кто-то, у кого была возможность занести такой подарок.. А остаються они на долго потому, что к собственности относяться с уважением. Никто не станет портить чужое имущество. Потому часто устраивали на этаже своеобразные “дискотеки”, одновременно включали какой-то попсовый музыкальный канал на полную громкость. Популярностью пользовались хиты типа “Ялта, я-я-я- Ялта”, клипы Lady Gaga и других фиф в трусах. Люди имеют свойство всячески приспосабливаться к новым условиям. Необходимость обостряет ум. Учился гладить вещи без утюга. Разработал целую систему глажки брюк под матрасом. Сначала их намачиваешь, потом вешаешь за прищепки на бельевые верёвки, после этого в полусухом состоянии максимально распрямляешь и укладываешь между листами бумаги под матрас. Аккуратно сворачиваешь матрас рулетом. На следующее утро брюки идеально прямые и сухие. И можно в приличном виде явиться в зал судебного заседания.

Один раз в день выводили на часовую прогулку. Ингда везло и попадал не в обычный, а в спортивный дворик. Там было намного приятней заниматься, потому, что в камере места для этого мало: всего 6 шагов, и форма у неё — буквой Г. Вообще, не многие туда стремятся. Но есть и спортивные ребята, ведущие здоровый образ жизни. Особо увлечённые спортом делают из баклажек гантели, наполняя их солью вместо води, чтобы утяжелить. Иногда связывают по две.

Ещё, как уже упоминал, тренировался, читал, рисовал, играл в шахматы. Я до этого знал какие-то правила, но толком не умел играть в шахматы, а Валерий Владимирович меня научил. Сначала только проигрывал, но потом у меня достаточно большой прогресс был в игре в шахматы, часто выигрывать стал. Нужно следить, чтоб развиваться там продолжать. Это, естественно, важно, чтобы психологическое здоровье, как и физическое сохранить. Тем более там, от нечего делать, приходилось телевизор смотреть, а я его до этого достаточно долгое время не смотрел, и обнаружил, что там сейчас еще больше рекламы стало, она больше половины эфирного времени занимает. Ну и вообще там мало чего стоящего показывают. Разве что новости с интересом смотрел на разных каналах, читал прессу.

Вообще, в Украине (как и в других постсоветских странах) пенитенциарная система устроена так, что человека посадить очень легко. И у нас сначала сажают, а потом человек сам должен доказать каким-то образом, что его содержат в тюрьме не справедливо. В Европе же скорее не посадят виновного, чем  посадят невиновного.

В последний день пребывания в Украине, почти перед самым отъездом, задали Денису ещё 1 вопрос: что больше всего запомнилось с того момента, как ты вышел на свободу?

Больше всего запомнился первый час, когда увидил солнце, деревья. И последний вечер перед отлётом: друзья устроили прощальную вечеринку со вкусной едой и подарками. Чувство было, что у меня День рождения.

Мы, коллектив Антифашистского Действия Украины, поздравляет нашего товарища с освобождёнием, которого мы все с нетерпением ждали! Благодарим всех, кто всячески помогал и проявлял солидарность. Это было очень важно и значимо.
Отдельно хотим сказать спасибо художникам и социальным активистам из проекта «Мобилизация», Галерее «РА», правозащитникам из Проекта «Без Кордонів» и «ХИАС», работникам Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев.

Источник: antifa-action.org.ua

Як народжувався капіталізм

Автор: Володимир Чемерис, Українська правда

enjoy_capitalism Прийшовши до влади, Партія регіонів оголосила про початок реформ чи не всіх сфер суспільного життя. Були запропоновані реформи в царині трудових та земельних відносин, пенсій, податків, комунальних послуг, освіти, медицини і, навіть статусу житла громадян.

Втім, сьогоднішній уряд не оригінальний у своєму реформаторстві. Ринкові реформи безперервно тривають в Україні вже два десятиліття, за всіх президентів та всіх різнокольорових голів уряду.

Зміст цих реформ – у зосередженні власності та фінансових потоків у руках великого капіталу, суспільного прошарку, який з’явився у "лихі 90-ті", і з тих часів опанував політичну й економічну владу в країні.

І ці реформи не зупиняться, доки в Україні розвиватиметься капіталізм.

Сучасне українське реформаторство неможливо звести лише до волі уряду та вимог Міжнародного валютного фонду. Щоб зрозуміти його причини і наслідки, має сенс розглянути процес розвитку капіталізму, появу соціальних протиріч і соціального протистояння в Україні.

Початок українського капіталізму

Вже всередині радянської системи існували соціальні протиріччя, які й призвели до її розвалу. На її уламках постала нова система, фаворитом якої став великий капітал. Він виріс ще з кінця радянських часів – з червоних директорів, партійних та комсомольських функціонерів, цеховиків.

Рамки старої системи стали занадто тісними для реалізації їхніх інтересів. Добре ілюструє еволюцію тих соціальних груп радянської системи у новітню буржуазію біографія Сергія Тигіпка, члена ЦК ЛКСМУ, ЦК КПУ, згодом – приватного банкіра, а нині – віце-прем’єра українського уряду.

Отже, зародки капіталізму містилися ще у радянській Системі.

Перша хвиля реформ

Саме новоявлена буржуазія найбільше скористалася з економічних та політичних змін на межі 80-90-тих років, хоч рушіями тих змін були інші – робітники, студентство й інтелігенція.

Метою нового правлячого класу був перехід у приватні руки власності, яка до того вважалася загальнонародною, та коштів, які знаходилися в руках громадян.

Це і стало змістом першої хвилі ринкових реформ, реалізованої першими українськими урядами, зокрема через ваучерну приватизацію та трасти. Відібрана у українців за безцінь власність стала економічною основою українського капіталізму.

Перша хвиля ринкових реформ була нічим іншим, як експропріацією власності та фінансів, тобто експропріацією всього того, що стало в нових умовах капіталом. Ця хвиля тривала до середини 90-тих років і призвела до початкового накопичення капіталу в руках новонародженого класу.

Друга хвиля реформ

Дальший розвиток українського капіталізму, прагнення збільшити норму прибутку та конкуренція всередині нового правлячого класу, а, головне, відсутність законодавчих меж для накопичення капіталу, призвели до другої хвилі ринкових реформ, зміст якої полягав у монополізації цілих галузей економіки в руках небагатьох олігархів.

Монополія є одним із найважливіших методів отримання надприбутків. І сьогодні металургійна галузь практично контролюється компаніями, пов’язаними з Ахметовим, ринок авіаперевезень – з Коломойським, виробництво міндобрив – з Фірташем. Обленерго, горно-збагачувальні та нафтопереробні комбінати поділені між компаніями кількох капіталістів.

Монополізація призвела до невиправданого зростання внутрішніх цін на газ, бензин, електроенергію, залізну руду. І створила механізм вилучення коштів українців на користь олігархату.

Ця хвиля – хвиля монополізації – була найвищою за часів Кучми, проте вона тривала і за помаранчевих часів.

Монополізація влади

Такого стану речей можна було досягнути лише за умови співпраці великого капіталу з державною владою (ця співпраця і є суттю олігархії). І така ситуація відтворювалася в Україні як за часів Кучми, так і за "помаранчевих", так і тепер, за "біло-синіх".

Олігархи були і є серед спонсорів ПР, БЮТ, "Нашої України" і навіть КПУ. Часто вони "розкладають яйця" в різні кошики і підтримують кілька політичних сил, нерідко публічно ворогуючих між собою.

Таким чином, олігархи монополізували не лише українську економіку, але й ринок політичних партій та державну владу. Капітал приватизував і вибори в Україні, бо законодавство про партії та вибори влаштоване таким чином, що, незалежно від виборчих програм, перемагають представники великого капіталу, помаранчевого чи біло-синього – байдуже.

Інші соціальні групи в українському парламенті практично не представлені.

Соціальне розшарування

В результаті з’явилося соціальна прірва між невеликим числом "верхів", які реалізовують свої соціальні інтереси у новій системі, та "низами" – абсолютною більшістю українців, які свої соціальні інтереси реалізувати не можуть.

Якщо верхівка державного апарату та група олігархів — правлячий клас в Україні, то інші соціальні групи — від найманих робітників до середньої руки підприємців — не можуть бути задоволені таким станом речей.

Останні, зокрема, не витримують конкуренції великих капіталів, поєднаних із силою державного механізму, банкрутують або йдуть під "дах" тих же олігархічних структур.

Їхній соціальний інтерес полягає у заміні державно-монополістичного ринку на класичний ринок із вільним розподілом ресурсів, вільним доступом до кредитів, чітко встановленими правилами гри.

Наймані ж робітники, селяни, пенсіонери та інтелігенція, службовці, дрібні підприємці, кваліфіковані робітники, прагнуть або ліквідації ринкових відносин як таких, або соціального ринку — з соціальними гарантіями, з власною участю в розподілі прибутків.

Політичний устрій

Політичною системою, притаманною олігархічному капіталізмові, є режим президентської республіки. Саме авторитарний режим найкраще забезпечує надприбутки наближеним до влади капіталістам і через придушення громадянських прав забезпечує їх захист від соціальних потрясінь.

Так є в Україні, Росії, Грузії, Узбекистані та низці інших пострадянських країн.

Натомість інтерес соціальних низів, можливо, не до кінця ними усвідомлений, полягає у демократичному устрої, який забезпечить їх представництво у законодавчій та виконавчій владі, а, отже, і представництво їх соціальних інтересів. В устрої, який гарантуватиме громадянські права.

Розширення ринкових відносин

Капіталові, утвореному наприкінці 90-тих-початку 00-тих, залишились лише ті галузі, які ще не були опановані олігархами. Таким чином комерціалізується освіта, медицина, громадський транспорт, комунальні послуги.

За рахунок цього галузей, не включених у ринкові відносини, практично не залишилось. І станом на сьогодні соціальну державу в Україні практично цілком демонтовано.

Втім, тенденція розвитку українського капіталізму полягає в тому, що й ці нові ринкові галузі швидкими темпами монополізуються.

Периферійний капіталізм

Сучасний український капіталізм виник як периферійний капіталізм. Західні корпорації розглядали Україну (і весь пострадянський простір) як новий ринок збуту. Товари, попит на які на Заході вже стабілізувався на мінімальному рівні, можна було з великою рентабельністю збути тут.

Для цього треба було лише просунути нові, нав’язані через рекламу, потреби, про це дуже вдало написав Пєлєвін у "Generation П".

Ще однією функцією українського капіталізму, як і будь-якого периферійного, є імпорт криз, які періодично трясуть світову капіталістичну систему. Ці кризи, такі як "велика депресія" та "азіатсько-тихоокеанська криза", є невід’ємною рисою капіталізму.

України кризи перевиробництва і перенакопичення безпосередньо торкнулися 1998-го і 2008-09 років. І ще торкатимуться – відчуємо на собі ще не одне цунамі у акваторії світової системи капіталізму.

Окрім того, периферія з дешевою робочою силою і з дешевим, за рахунок дешевих природних ресурсів та відсутності екологічного захисту, виробництвом потрібна центральному капіталізмові для того, аби забезпечити стабільний рівень життя своїм найманим робітникам і при цьому не зменшити власну норму прибутку.

Таку периферію на початку 90-тих світовий капітал відкрив в Україні.

Український капіталізм в системі світового капіталізму

Поки що інтереси великого українського капіталу співпадають з інтересами капіталу центрального. Українські олігархи зацікавлені у економічних відносинах із Заходом через необхідність збуту, наприклад, продукції металургійної та хімічної промисловості, яка приносить чималі прибутки.

Західний капіталізм зацікавлений у збуті своїх товарів та експорті інвестицій і, відповідно, криз. А разом вони зацікавлені у здешевленні робочої сили в Україні, що дозволить їм зберегти норму прибутку.

Інструменти МВФ та СОТ є інструментами зовнішнього регулювання щодо українського капіталізму. Як кредити МВФ, так і регулювання світового ринку в межах СОТ (умови СОТ вже загрожують існуванню українського сільського господарства як такого, уніфікуючи його до потреб західного ринку), покликані вирішити кілька питань.

Зокрема, забезпечити повернення зовнішнього боргу, на це дають нові кредити, та зробити Україну інвестиційно привабливою для центрального капіталу.

Інвестиційна привабливість – це такі умови для вкладання капіталу, які дають найвищу норму прибутку інвесторам.

Монетаризм

Тому умовами при наданні кредитів МВФ, як правило, є монетаристська політика, яку центральний капітал нав’язує країні боржнику, та зменшення соціальних виплат і здешевлення робочої сили. А також тотальна приватизація промисловості та землі.

Щодо країн 3-го світу, до яких належить і Україна, така політика не раз показала свою руйнівну силу. Саме монетаристська політика місцевих урядів призвела до грудневої революції 2001-го в Аргентині та до сучасних соціальних протестів у Греції.

Натомість політика стимулювання виробництва через стимулювання попиту, в тому числі й через соціальні виплати, показала свої позитивні результати у багатьох країнах, що розвиваються.

Загалом центральний капіталізм, у країнах якого концентрується світовий капітал, не прагне розвивати периферію і часто зацікавлений у збереженні там відсталих соціальних відносин, аж до феодальних.

Часто це співпадає з інтересами правлячих еліт країн периферії: прибутками від експлуатації периферійних аборигенів користуються і ті, й інші.

Правительствам брейвиков

Автор: Даниил Полторацкий

Не надо бросаться валенками,
Не следует звать попа:
На острове норвежском маленьком —
Мужчина, стволы и толпа.

Он, видя мишени в лицах,
Спокойно вершил PR,
Чтоб тысячу с лишним страницый
Свой людям отдать идеал.

Присмотримся к идеалу:
Нет, что вы, траур сейчас,
И правые политиканы
Стоят и скорбят среди нас.

Но если смотреть на новатора
С нордическим типом лица —
Увидем мы там косерватора,
Увидим там подлеца.

И каждый кусочек тряпочки,
Что любит консерватизм,
Кричит, надрывая связочки:
"О-ста-но-ви-те марксизм!

Спасите право на Собственность,
Обратно гоните ислам!"
Так этот норвежец вроде бы
Точь в точь те же тексты писал?

И как мне поверить правым,
И как мне к правым пойти?
Когда я вижу так явно,
Что Остров начнёт расти.

И завтра, отнюдь не в Норвегии,
Снимая на кровь табу,
От берега и до берега,
Андреасы откроют стрельбу.

И мы окажемся в лагере,
Не сделав ни шагу туда.
И остров норвежский, маленький
В твои войдет города.

Заполнит твои комнаты,
И только одно впереди:
Оружия блеск холодный
И сдавливанье в груди.

О ваших мечтах забудьте,
Всё как из большого сна:
Норвежец в восторге от Путина.
Страна, удивлена?

И это не аллегория,
И не провокации лай.
Это — наша история:
Газету возьми, читай.

Не надо впадать в истерику
Смотрите: все, как один
В парламентах полчища Брейвиков
Надраивают карабин.

Но знайте: взметнутся массы
Над улицами городов,
Поставят вопрос по-классовому,
Поставят вопрос ребром.

И  выпадет шанс человечеству,
И завтра настанет вновь,
Если прогоним навечно
Правительства этих стрелков.

Хватит дешевых выборов,
И сказок про добрых господ.
Все видно уже. Все видно.
Вы — Брейвики, мы — народ

Мердок. Что-то действительно поменяется?

Автор: Тарик Али

Перевод: Дмитрий Райдер

murdoch Гнилость британской политической культуры – в стране, где столь многие люди были так долго порабощены ложью – в течение нескольких последних недель находится в центре внимания общественности. Самый влиятельный медиамагнат страны был вынужден закрыть свою прибыльную воскресную газету, специализирующуюся на сексуальных историях знаменитостей и использующую свои тесные связи с полицией, чтобы получать информацию о расследованиях убийств и исчезновений. Они зашли слишком далеко, взломав мобильный телефон жертвы убийства и украв сообщения –  создавая таким образом впечатление, что она все еще может быть жива.

Это и вызвало общенациональное отвращение, словно осветив факелом политиков и самых высокопоставленных полицейских в Британии. Почему Дэвид Камерон нанял старшего журналиста издания Мердока в качестве руководителя своей пресс-службы? Почему Скотланд-Ярд нанял другого старшего журналиста из той же самой конторы? Конечно, мы знаем, почему – но факт, что теперь это стало произволом, делает это недопустимым.

Это очень британский скандал – из тех, что вспыхивают внезапно, и немедленно овладевают вниманием нации. Чувствуется, что психо-политика, лежащая в основе этого скандала, для большинства людей, живущих вне замкнутого мира власти, денег и славы, является выпуском пара и заменой для гнева, который люди испытывают по отношению к коррумпированному и развращенному политическому истеблишменту страны: банкирам, медиамагнатам, политикам, судьям и полиции. Экономика в упадке, введены меры жесткой экономии, Шотландия очень возмущена – но зато по крайней мере члены парламента могут допросить Руперта Мердока и его сына и смотреть на их публичные извинения и унижение.

Мердоку пришлось приходить в себя дважды. Сначала, когда он похвалил Daily Telegraph за разоблачение финансовых махинаций членов парламента и призвал их принять прозрачную модель, предложенную Сингапуром. И второй раз, когда протестующий бросил в него немного крема для бритья, получив отпор от Венди Мердок. Для остальных Мердоки разыгрывают хороший дуэт. Молодой Джеймс, похожий на руководителя корпорации Enron после краха – и Руперт с влажными глазами, объясняющий, как он учился журналистике у своего выдающегося отца, который осветил катастрофу в Галлиполи. Что будет после этой отрепетированной драмы? Даже если Мердок не купит полностью BskyB – разве что-нибудь действительно поменяется?

Империя Мердока господствовала в британской политике со времен Маргарет Тэтчер. Она дала ему спутниковое телевидение – он разрушил профсоюзы работников печати, и его газеты помогли сломить сопротивление шахтеров. Он способствовал созданию культуры, которая прославляла приватизацию, догмы свободного рынка, войны (почти все триста газет Мердока в различных частях мира поддерживали войну в Ираке). Правый популизм, продвигаемый союзом Тэтчер-Мердок, стерилизовал общественный идеал, созданный после Второй мировой войны. Это влияние было таким сильным, что газеты других компаний и телевизионные сети (такие, как Четвертый канал и Би-би-си) потеряли уверенность в себе и стали бледными подобиями мердоковских изданий, занятыми погоней за тиражами и рейтингами. Даже классическую музыку, любимую многими независимо от класса, вероисповедания или расы, посчитали элитистской – и отвергли на Би-би-си 2.

Наследники Тэтчер – «синие лейбористы» Тони Блэр и Гордон Браун – продолжили поклоняться деньгам и Мердоку. Блэр постоянно заискивал перед медиамагнатом. Браун делал то же самое. Редакторы изданий Мердока стали постоянными гостями официальных резиденций, их частные вечеринки регулярно посещались премьер-министрами и людьми из их окружения. Только вчера Мердок сказал, что они регулярно встречались с Гордоном Брауном. Их семьи подружились. Дэвид Кэмерон последовал его примеру, ясно дав понять, что несмотря на его классовое происхождение, он может быть точно таким же как Блэр – и принимать всех и всё, что связывает большие деньги и политику.

Журналист Питер Оборн, пишущий для консервативной Daily Telegraph, нарисовал яркий портрет Кэмерона – предположив, что он сознательно оказался в сточной канаве, став частью одиозной «Чиппинг-Нортонской клики»:

«Он ни в коем случае не должен был нанимать Энди Коулсона, редактора News of the World, на должность ответственного за связи с общественностью. Он не должен был потворствовать Руперту Мердоку. И – самая страшная ошибка из всех – он не должен был позволять себе становиться близким другом Ребеки Брукс, исполнительного директора медиа-гиганта News International, чей уход из этой компании со стыдом и позором может быть только вопросом времени. Здесь идет речь о модели поведения. В действительности, это было бы лучше описать как образ действий. Мистер Кэмерон позволил вовлечь себя в социальный круг, в котором ни при каких обстоятельствах не должен оказаться ни один уважаемый человек – не говоря уже о британском премьер-министре».

Кэмерон показал, что в его отношениях с партией он столь же авторитарен и является таким же оппортунистом, как и Тони Блэр. Но если политическая лава продолжит извергаться из этого вулканического скандала, то у раненого разоблачениями британского премьер-министра, видимо, не будет иного выбора, кроме как упасть на свой меч. Хотя пока мы еще не достигли этой стадии.

При этом, трехсторонний консенсус в британском парламенте не собирается отказываться от неолиберализма и его догм, которые вызвают опустошение по всей Европе. Это проблема, которая никуда не исчезнет – в отличие от потрепанной медиа-империи Мердока.

Источник

Нормальный массовый убийца

Автор: В. З., Автономный союз трудящихся

Breivik Кровавый клоун Андерс Беринг Брейвик

Около сотни людей стали жертвой не крайнего расиста, а простого консерватора и сторонника свободного предпринимательства  Андерса Беринга Брейвика, который довел свои людоедские взгляды до логического завершения. Патриот, христианин и частный предприниматель во имя защиты национальной идентичности добивал стонущих в лужах крови юных участников социал-демократического летнего лагеря. Довольно странная реализация принципов любви к ближнему, но удивляться не стоит. Именем Христа оправдывали и не такое.

Убийства, если судить по его комментариям на антиисламском сайте document.no, были результатом идеологической неприязни к мифическим «культурным марксистам».  Свои взгляды Брейвик по аналогии называл «культурным консерватизмом». Создается впечатление, что он был искренним поклонником «творчества» Пола Готфрида, чья путанная и некомпетентная книга «Странная смерть марксизма» в 2009 году была издана в России. «Раскруткой» этого поверхностного «исследования» левых занимались все правые в СНГ. Бред господина Готфрида восхваляли и бородатых православные консерваторы на содержании Кремля, и украинские «автономные» национал-социалисты из уличной «подтанцовки» ВО «Свобода».  Именно Готфрид автор идеологемы «культурный марксизм», хотя, как отмечает российский публицист Тарасов, сам термин обозначает конкретное направление левой политической мысли, о котором у Готфрида весьма туманное представление.  То  есть борьба с «культурным марксизмом» имеет мало общего с наукой и реальностью. Это часть фентезийного мира верований европейских и американских консерваторов. То есть такой же бред, как предсмертные галлюцинации  шахида. Исламизм и европейский консерватизм имеют много общего. Это родственные мировоззрения.

Систематическое безумие

Взгляды Андерса Брейвика бредовы, но в идеологическом мусоре, которым была забита голова будущего убийцы, наличествует своя извращенная логика.  Во-первых, он свято верил, что либеральная доктрина мультикультурализма тождественна взглядам Карла Маркса. Что, конечно, не соответствует действительности.  Во-вторых,  он связывал мультикультурализм с исламом. Брейвик верил, что  «культурные марксисты» и «гуманисты» создают предпосылки для победы ислама. Что тоже глупо. В конечном итоге мультикультуралистская и постмодернистская риторика, которую временами принимают представители исламских общин в Европе, противоречит духу ислама больше, чем  взгляды Брейвика.  В-третьих, он все время подчеркивал неприемлемость ислама,  коммунизма и НАЦИЗМА. Эти три учения он считал «идеологиями ненависти».  При этом норвежский убийца почему-то ругал больше всего левых. Даже мусульмане не были так ненавистны, как левые и космополитически настроенные либералы. Он называл эти учения «идеологиями ненависти» и требовал запретить. Вот так-то. Убийца сотни людей, оказывается, был пламенным борцом против «ненависти». Мещанином и ханжой, который видел зло в университетских программах, но не отдавал отчета в собственной клокочущей ненависти буржуазного скота. Его высказывания были мало связаны с текущей норвежской политикой и экономикой. Брейвик витал в облаках высоких идеологий.  Его сообщения на форумах не выглядят очень уж шокирующими. Можно найти сотни блогов на украинском и русском языках, в которых написана такая же мещанская белиберда.

Так же праворадикальный террорист верил в то, что местные антифашистские организации финансируются правительственной Рабочей партией. Брейвик полагал, что 98% журналистов в Норвегии являются сами «культурмарксистами». Вот так. Всюду бедолагу окружали враги.
Так же рассадником мультикультуральной скверны Брейвик считал университеты. Он хотел ограничить влияние «культурмарксистов». Соответственно, он последние годы строил довольно разумный план возвращения правым культурной гегемонии:

«Я несколько раз общался с представителями ОИЕ ["Остановите исламизацию Европы"] и ЛАО [Лига английской обороны] и советовал им действовать сознательно.

Сейчас тактика ЛАО – провоцировать чрезмерно острую реакцию со стороны Молодых джихадистов/крайних марксистов, в чем они несколько раз преуспели.

Примеры такой реакции несколько раз показали по телевизору, в результате чего ЛАО серьезно выросла. От этого также выиграла БНП (Британская национальная партия). Стратегия выигрышная для обоих.

Но надо сказать, что я очень впечатлен быстротой этого роста –  и это результат того, что руководство сделало мудрый тактический выбор.

ЛАО – пример, а создание норвежского аналога – единственный способ предотвратить наступление Flash/SOS [это название Бейрвик часто упоминает при перечислении антифашистских группировок, — avtonomia.net] на норвежский культурный консерватизм по другим фронтам. Создание норвежской ЛАО – третий пункт в программе наших действий после создания общенациональной газеты культурных консерваторов. Программа культурно-консервативного движения Норвегии на ближайшие 5 лет выглядит следующим образом:

1. Общенациональная газета
2. Установление контроля над некоторыми НГО
3. Норвежская ЛАО» (перевод Сергея Кутнего. Источник )

Брейвик с удивительным постоянством строил планы создания общенациональной правой газеты. При этом он  признавал, что ничего не смыслит в медиабизнесе. Но планы были потрясающими. Он намеревался довести тираж до 50-100 тысяч за короткое время. Он предлагал ориентироваться не на создание правого таблоида, а более серьезного издания с большей составляющей бизнес-материалов. При этом отдельно отмечалось, что направление газеты должно быть прохристианским, произраильским и пропагандировать ценности свободного рынка.  Конечно же, руководить процессом должен был сам Андерс Беринг Брейвик. И само издание должно сплотить ксенофобов с приличным доходом. Таких же, как и он, предпринимателей. Голые красотки на развороте казались ему неприемлемым ходом. Это привлекало бы слишком плебейскую публику и противоречило бы моральным нормам, которые исповедует норвежский убийца. При этом он призывал не отталкивать правую молодежь (юных уличных расистов) и работать с ними, не пренебрегая их помощью, даже если им «не хватает политического образования».

Занятно, что этот план легальной деятельности он выдвинул в то время, когда уже готовился перейти к террористической деятельности. Создание «лиги защиты Норвегии» и борьба за культурную гегемонию не воспринимались им как альтернатива «зверскому, но необходимому» убийству.

Так же он в легальной работе советовал опираться на наиболее консервативные силы в протестантских церквях. «Франкфуртской школе» он предлагал противопоставлять «Венскую школу».   То есть Брейвик не был классическим фашистом. Консервативный набожный либерал. Немного ксенофоб и большой фантазер. И террорист. Не солдат, а мерзкий палач.

Бешеный буржуа

Теперь попытаемся понять, какие же культурные символы вдохновляли серийного убийцу. Самое гадкое в норвежском убийце – это его 100% буржуазная нормальность. Он носитель того, что в культуре современного капитализма считается положительным и похвальным. Даже фотошоп в фотографиях вполне соответствует эстетическим нормам глянцевого журнала. Очень респектабельный и гламурный политический маньяк.    Самым любимыми персонажами Брейвика являются Уинстон Черчилль, Макс Манус и Герт Вилдерс. С Черчиллем все понятно. Для  убийцы он олицетворял идеал консервативного руководителя. Гитлер или Муссолини выглядели бы в роли  политического идола немного  экстравагантно.

Макс Манус – герой норвежского Сопротивления. Фигура своеобразная. Доброволец на советско-финской войне. Идейный антикоммунист. Самый успешный диверсант-антинацист. Был телохранителем короля. После войны стал успешным бизнесменом. Принимал на работу коллаборационистов, что несколько раздражало и роялистских, и левых участников Сопротивления. Как и Черчилль, был алкоголиком. В написанных им мемуарах он всячески подчеркивал, сколь много он добился в молодости. Брейвик явно уступал этому мачо. До 32 лет он так ничем и не прославился.

Последний герой убийцы, Герт Вилдерс, является перспективным праворадикальным политиком. Популист, при этом дистанцирующийся от откровенных фашистов. Ксенофоб, враг мусульман и сказочный демагог, представляющий новое поколение европейских расистов. Такое же «глянцевое», как и сам Брейвик.

Брейвик не состоял на учете в полиции. В этом нет ничего странного. Он ведь не принадлежал к клоунам-гитлерофилам.  Норвежский убийца был из другой породы шутов гороховых. Он масон. Странно, как это увлечение дурацкими ритуалами и смешными фартуками  уживалось у него с религиозным фундаментализмом. Хотя на этом список «странностей» не завершается. Он был умеренным ксенофобом. При этом он ненавидел только мусульман, а к арабам и африканцам христианского вероисповедания он относился вполне терпимо. Так же он (протестантский фундаменталист!) сетовал об убийствах гомосексуалистов религиозными мусульманами. То есть в голове у парня был винегрет, а не мозги.  Свою политическую биографию он начал в Прогрессивной партии. Это правая парламентская сила. Ее идеология больше всего напоминает смесь национализма ВО «Свобода» и рыночного идиотизма «Сильной Украины», но все с поправкой на Норвегию. Со временем Брейвик покинул партию. Она оказалась слишком «политкорректной». Впрочем, против людоедских идей рыночного фундаментализма «прогрессистов» он не возражал.

Части этой странной смеси сами по себе не считаются опасными. Это ведь все входит в джентльменский набор расхожих предрассудков консервативного буржуа.  То, что он писал, как он позировал для фото, как он щегольски одевался, указывает на желание нравиться и огромное самомнение.   Брейвик «продавал» и «рекламировал» себя как дыни и свеклу, которые выращивал. Он сам превратил себя в упаковку для товара «правый радикализм». Но внутри этой упаковки пустота. Просто животное, овца, повторяющая глупости ограниченных и примитивных «пастырей» праворадикального стада. Кроме ненависти он может так же вызвать презрение и жалость.

Альтернативный фашист

Досужие интернет-хомячки, толстолобые политические комментаторы и прочая правая публика кинулась в первые часы искать исламский след. Обама и ОНН что-то продолжали блеять о войне с террором, даже когда полиция Норвегии официально заявила, что ни о каком международном терроризме речи нет. Да, у религиозных маньяков хватило бы и меньшего повода учинить бойню, чем участие в НАТОвких операциях. Но тут экстремизм несколько иной. Протестантский.

Заметим, что Брейвик, как и многие нынешние неонацисты, тоже был своеобразным  «антиимпериалистом». Войну против мультикультурализма он начал под влиянием бомбардировок Сербии. НАТО предало близкие Брейвику ценности и помешало «депортировать» в Албанию или в могилу все мусульманское население.  Занятно, что при этом сам норвежский убийца использовал при совершении терактов «НАТОвскую» логику. Ноам Хомский считал, что в Сербии применялся принцип наказания преступников, который сводился к установке пулеметов на улицах и расстрелу прохожих в гетто. В конечном итоге массовое убийство привело бы к тому, что случайно было бы убито пару преступников. Именно этой логикой «нового военного гуманизма»  и пользовался господин Брейвик. Он так же мало отличался от шахида, совершающего убийство евреев в общественном транспорте в Израиле. Есть только одно отличие. Исламский мученик готов идти на мученическую смерть во имя взглядов. Брейвик жив и получит 21 год тюрьмы.  Смертной казни в Норвегии нет.

Брейвик ненавидел государство всеобщего благосостояния, которое есть в Норвегии.  Это последняя страна континента, где сохранилось устройство, когда государство сознательно ограничивает капитализм. По результатам 2009 года эта страна признана лучшей в мире для жизни человека.  Именно поэтому Норвегию очень мало затронул кризис, а негибкость и  «антирыночность» экономической системы обеспечивает возможность брейвикам торговать овощами. И это потому, что у людей есть деньги. Попробовал бы этот идиот собрать деньги на оружие и трепаться в интернете после украинской налоговой реформы, проведенной правым либералом Тигипко, которая породила дефицит оборотных средств…

По большому счету норвежский убийца должен был бы обожать правительство рабочей партии. Но буржуа слишком эгоистичны. Так, например, Сюзан Джордж в книге «Доклад Лугано» упоминает странное отношение американских толстосумов к Рузвельту. Новый Курс спас капитализм и политический режим в Америке, но любви и благодарности представители правящего класса не испытывают. Его называют «этот человек». То есть даже маленькое спасительное самоограничение буржуа вынести не способен. Представители этого дрянного класса хотят, чтоб затягивали ремни только бедные. Нам это хорошо знакомо. Благоглупости Тигипко-«реформатора» как раз и есть проявление этой буржуазной эгоистической ограниченности.

Брейвик в век исчезновения нации и суверенитета хотел защитить эти «священные» понятия от «безбожия и национального нигилизма». Он был фашистом, который так стеснялся своих взглядов, что расу и нацию был выеужден подменять религией. Антисемитизм замещать антиисламизмом. Жидо-большевистский заговор заменять бредовыми фантазиями Пола Готфрида. На месте Отто Скорцени и принца Боргезе он подставил Макса Мануса, а на место неудачника Гитлера Черчилля-победителя.

Собственно, свастика не так важна для фашизма. Не нужно читать «Мою борьбу»  или «Доктрину фашизма». Капитализм порождает фашистские настроения сам. Запретите антисемитизм, сделайте его постыдным, и брейвики найдут другие объекты ненависти. Сделайте сомнительной расовую теорию, и новые Гитлеры с Геббельсами изобретут новую общность. Например, религиозную. А экономической основой будет не государственное регулирование, а «полная свобода торговли». Свинья находит грязь. Капитализм так же находит фашизм.  Глянцевый, низкокалорийный, без усатого Адольфа, но типологически та же УБИЙСТВЕННАЯ ДРЯНЬ.